Заглавная страница / Политика

Жизнь после выборов

После того как было достигнуто принципиальное соглашение между премьер-министром и президентом относительно проведения досрочных выборов, дискуссия быть или не быть выборам плавно перетекла в дискуссию о том, когда им быть. В спор включились не только члены рабочей группы по подготовке досрочных выборов, но и экспертное сообщество. Дискуссию эту нельзя назвать бессмысленной. От даты во многом зависит исход предвыборной кампании.

Поневоле возвращаешься к тому, о чем писал ранее. Чем дольше длится политический кризис, тем явственнее становится различие между «государственными деятелями» и «политиками». Тема грядущих выборов и подготовки к ним стала ведущей, оттеснив на задний план и вопрос о конституционности или неконституционности действий основных участников противостояния, и насущные проблемы государственного строительства в целом. Увлекшись интригами и противоборством, отечественные политики, похоже, не замечают негативные тенденции, которые появились как в системе власти, так и в экономике.

Например, в статье «Выборы 2007:Что? Как? Когда?» на сайте «Украинская правда» политолог Вадим Карасев, анализируя возможные итоги досрочных выборов, пишет: «Октябрь объективно неприемлем для Ющенко, — август — мертвый сезон, в том числе и в плане явки избирателей. Июль является критическим для коалиции. Ведь оптимальной компромиссной датой может быть день не позднее 15 сентября».

Однако не покидает ощущение, что все сводится к поиску ответа на вопрос, кто победит на досрочных выборах. А надо бы искать ответ на вопрос, что будет со страной, ее экономикой, социальной сферой, культурой, образованием.

Напомним, что Государственный бюджет является основным экономическим законом жизни страны. И предыдущая, 95-я статья Конституции говорит о том, что «Исключительно законом о Государственном бюджете Украины определяются любые расходы государства на нужды всего общества, размер и целевое назначение этих расходов».

Остановимся на обозначенной «компромиссной дате». Она для нас крайне важна, прежде всего для понимания того, какими могут быть реальные последствия досрочных выборов. Для этого стоит вспомнить Конституцию Украины. Статья 96 Основного Закона сегодня менее популярна, чем другие статьи. И тем не менее, часть 2-я этой статьи гласит: «Кабинет Министров Украины не позднее 15 сентября каждого года (выделено мной. — С.Г.) представляет в Верховную Раду Украины проект закона о Государственном бюджете Украины на следующий год. Вместе с проектом закона представляется доклад о ходе исполнения Государственного бюджета Украины текущего года».

Причем негативный исход возможен при любой дате выборов и практически вне зависимости от их результата. Если выборы провести летом, как настаивает оппозиция, например в середине июля, то, учитывая предыдущий опыт, вначале может быть длительное ожидание официального оглашения результатов выборов (вспомним попутно о ст.82 Конституции «Верховная Рада Украины собирается на первую сессию не позднее чем на тридцатый день после официального объявления результатов выборов»), а затем не менее длительные переговоры о создании правящей коалиции. Допустим, что коалиция будет сформирована в соответствии с требованиями Конституции — на протяжении месяца. Но и тогда для подготовки проекта бюджета (а в нем кроме государственных интересов, как известно, учитываются и интересы близких к правящим партиям бизнес-групп) останется всего ничего.

На мой взгляд, сегодня необходимо качественно менять акценты вокруг вопроса о дате выборов. Важно не то, что перенос даты выборов даст преимущество той или иной силе, а то, что он может полностью парализовать бюджетный процесс в государстве.

Не будем забывать еще об одном важном аспекте. Похоже, в очередной раз ради решения собственных проблем участники политического противостояния готовы пожертвовать буквой Конституции (не «духом»). Ведь 96-я статья, как и остальные положения Основного Закона, является нормой прямого действия. И ее сознательное или неосознанное нарушение провоцирует дальнейшее пренебрежение конституционными нормами, создает негативный прецедент в будущем.

Еще веселее может развиваться ситуация, если договорятся о выборах на осень. В таком случае возможны два варианта. Либо законопроект готовит ныне действующий Кабинет министров и подает его до 15 сентября легитимной Верховной Раде (а это значит, что президент должен признать легитимность и правомочность нынешнего состава парламента). Но отстаивать или переделывать его придется уже новому правительству, которое неизвестно когда будет создано. Либо вследствие очередной «коалициады» с «премьериадой» подготовка основного экономического закона государства может быть отложена на неопределенный срок. И здесь встает вопрос о качестве законопроекта, а впоследствии закона о госбюджете. Кроме того, задержка с его подготовкой и принятием породит цепную реакцию, затормозив разработку бюджетов областей, районов, городов. А это — вопросы выплаты зарплаты работникам бюджетной сферы, финансирования проектов государственного значения, оплаты энергоносителей бюджетными организациями и многое другое.

Сегодня наперебой говорят о том, что экономика Украины научилась не реагировать на политические кризисы. Действительно, курс доллара остается стабильным, цены если и растут, то это уходит на второй план (хотя как сказать: цена на бензин А-95 поднялась на 55 копеек за литр, постепенно растут цены и на товары широкого потребления). Но это только вершина айсберга, под которой скрывается опасная глыба льда.

Украине крайне необходим работоспособный парламент для решения неотложных задач, иначе есть риск повернуть вспять. Речь даже не идет о продолжении политической реформы, которая, безусловно, крайне необходима.

Для нашей страны прозвучал тревожный звоночек. Как недавно сообщил заместитель председателя Государственного комитета финансового мониторинга Алексей Фещенко, Украина вновь может попасть в «черные списки» FATF. В бытность губернатором Одесской области я воочию столкнулся с работой комиссии FATF и знаю, насколько сложно освободиться от их опеки.

В неформальных беседах представители бизнеса говорят даже не о преодолении коррупции (с ней как с явлением уже смирились), а скорее об ее упорядочении. Поскольку сегодня абсолютно непонятно, кому и сколько платить, а главное — будет ли от этого толк. И у представителей органов власти, и у сотрудников правоохранительных структур, похоже, становится доминирующим принцип Людовика XV — «после нас хоть потоп». Наступил очередной, после первой половины 90-х годов, период «большого дерибана». Отсюда и очередная волна заказных убийств и расправ. Все это явно не прибавляет позитива имиджу Украины.

Внутренняя нестабильность неминуемо порождает и нестабильность внешнюю. Сегодня в Украине, похоже, исчезает такое понятие, как внешняя политика. То есть формально существует Министерство иностранных дел, иногда высшие должностные лица государства посещают с визитами дальние страны или принимают гостей из-за рубежа. Но реально вся внешнеполитическая деятельность сведена к поиску поддержки той или иной стороны противостояния.

За прошлые годы требования мирового сообщества относительно противодействия отмыванию грязных денег стали еще более жесткими. Следовательно, украинское законодательство следует приводить в соответствие с новыми рекомендациями. Однако весь пакет законов должен пройти через парламент. Промедление с рассмотрением этих законопроектов может повернуть Украину вспять и поставить в затруднительное положение украинскую банковскую систему. И это в той или иной степени коснется каждого жителя страны.

От той же Парламентской ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) мы уже не ждем рекомендаций по разрешению кризиса. Знаменитая резолюция ПАСЕ, в которой европейское сообщество предлагало свой вариант выхода из кризиса, в том числе и путем изменения законодательной базы, уже забыта. Все участники политического противостояния действуют вопреки рекомендациям Парламентской ассамблеи. Президент ПАСЕ Рене Ван дер Линден во время недавнего визита в Украину проявил чудеса дипломатии, давая оценку ситуации в стране, и, похоже, был в шоке от происходящего.

Чтобы получить представление об этом, достаточно просмотреть хронику последних зарубежных вояжей и приемов и те темы, которые в ходе них обсуждались. Вывод прост — нынешняя внешняя политика Украины всецело зациклена на нынешний политический кризис и его последствия.

На этом фоне краковский саммит выглядел очевидным провалом, несмотря на оптимистические заявления его участников. Хуже всего то, что создание консорциума может быть в очередной раз отложено на неопределенный срок. Возможно, в названных энергетических проектах больше политики, чем экономики. Возможно, реализация этих проектов —дело не одного года. Но в целом картина выглядит неблагоприятной для Украины. Раньше всех создавшая стратегический нефтепровод, она рискует оказаться в рядах аутсайдеров. И все по одной и той же причине — из-за отсутствия стратегического видения у политической элиты.

Варясь в собственном соку, украинские политики забывают о том, что мир вокруг Украины живет и развивается по своим законам. Достаточно примера с нефте проводом Одесса—Броды. Только за три весенних месяца по будущему этого проекта нанесли три серьезных удара. В середине марта между Россией, Грецией и Болгарией было подписано соглашение о строительстве нефтепровода Бургас—Александруполис, а в начале апреля пять европейских стран — Румыния, Сербия, Хорватия, Словения и Италия — договорились построить трубопровод от берега Черного моря до Италии, по которому нефть из Каспийского бассейна будет поступать в страны Евросоюза. И наконец, центральноазиатское турне российского президента Владимира Путина, которое завершилось подписанием коммюнике о строительстве Прикаспийского газопровода и рядом серьезных деклараций в энергетической сфере.

Украина сегодня рискует утратить остатки своего влияния на одном из важнейших векторов — южном. Еще два года назад активно обсуждался украинский план по урегулированию приднестровского конфликта. Сегодня этот план, похоже, окончательно забыт. Между тем именно этот регион мог бы стать одной из важных сфер приложения усилий отечественных политиков.

На короткий момент внимание Украины было приковано к событиям в Румынии, где состоялся референдум об импичменте президенту страны Траяну Бэсеску. Наблюдатели отмечали схожесть процессов, происходящих у наших соседей, с тем, что происходило и происходит в Украине. Но при всей формальной схожести между Украиной и Румынией есть одно существенное различие. Румынская политическая элита и в 2004 году, когда проходили выборы президента и парламента, и в 2007 году едина в отношении своих внешнеполитических приоритетов. Поэтому реакция западного сообщества на то, что происходило в Румынии, существенно отличалась от реакции на украинские события.

Если события будут и дальше развиваться теми же темпами, то Украина не только перестанет играть роль субъекта мировой политики, она будет не интересной даже в качестве объекта для других государств. Негативные сигналы уже поступают. Визиты президента в Италию и Великобританию не состоялись.

Аналогичная ситуация и с организацией ГУАМ. Еще, казалось бы, совсем недавно мы являлись свидетелями Киевского саммита Украины, Грузии, Молдовы и Азербайджана, на котором этот консультативный форум трансформировался в Организацию за демократию и экономическое развитие — ГУАМ. После него стали говорить о претензиях Украины на лидерство в Черноморском регионе. Обсуждались проекты «Придунайского энергетического моста» и перспективы развития транспортных коммуникаций, вырабатывалась совместная позиция по разрешению «замороженных» конфликтов. Где сегодня все это?

Мы столь часто говорили, что наша страна оказалась на пересечении геополитических интересов, что свыклись с этой мыслью, надеясь и в дальнейшем получать от своего «пограничного» положения политические и экономические дивиденды. Но одно дело — быть мостом, иное дело — болотом. А украинская политика в последнее время все чаще напоминает именно болото, в котором рискнет завязнуть любой, кто попытается в нее вступить.

Кроме того, сегодня происходит постепенная смена правящих элит в ведущих странах мира — ФРГ, Италии, Франции. На очереди перемены в России, Великобритании и США. Не только нынешние, но и будущие наши партнеры как на Западе, так и на Востоке, наверняка, хотели бы иметь представление о том, с кем и на каких условиях им придется иметь дело в Украине. Но скорее всего не только отечественные, но и зарубежные эксперты теряются в догадках относительно дальнейшего развития событий.

Возможно, отечественным политикам стоит вспомнить о том, что, во-первых, жизнь после выборов не заканчивается и не начинается, она только продолжается. И во-вторых, жизнь после выборов — это не жизнь в оппозиции или в коалиции, а жизнь в этой конкретной стране.

Обращение с призывами к украинской политической элите, похоже, становится безнадежным делом. Тем более что длительное противостояние и искусственный идейный раскол страны привели к тому, что у нас нет органа или людей, обладающих, по крайней мере, моральным авторитетом, к которому могли бы апеллировать политики и общество. Таким авторитетом не является сегодня ни президент, ни премьер, ни, к сожалению, Конституционный суд да и вся система правосудия в целом. А люди, чье мнение могло бы быть авторитетным, не желают доказывать свою правоту, поскольку с их позицией никто не считается. Вот и выходит: как ни крути, а полагаться придется на сознательность тех, кого критикуешь. Вернее, даже не столько полагаться, сколько надеяться.




Заглавная страница / Политика